Авраам

А. И. Пономарев*

Авраам 

Авраам (с евр. "отец множества") — библейский патриарх, родоначальник избранного народа, призванный для сохранения истинной религии. История его жизни излагается в Быт. 11, 26—25, 10, к чему несущественные дополнения делают Филон, И. Флавий и другие иудейские писатели.
II. Жертвоприношение Авраамом Исаака также требует некоторого пояснения, потому что с этим событием рационалисты связывают вопрос о существовании человеческих жертвоприношений у древних евреев. Этого рода критики, стараясь прилагать к религии Израиля законы естественной эволюции, предполагают, что израильтяне первоначально были политеистами, и приносили человеческие жертвы своему национальному богу Иаве, как и их современники, семиты или халдеи, приносили такие же жертвы своим ложным богам. Большинство народов, с которыми Авраам находился во взаимообщении, думали, что богам их особенно угодны человеческие жертвы, который и приносились им в умилостивление. Касательно Вавилонии и Ассирии факт этот долго оспаривали. Но на гравированных камнях, служивших печатями или амулетами, весьма древнего вавилонского или халдейского происхождения, по-видимому, прямо изображаются человеческие жертвоприношения. С другой стороны, жители Сепарваима бросали своих детей в огонь в честь своих богов Адрамелеха и Анамелеха (4 Цар. 17, 31). У ханаанских племен факт таких жертвоприношений не подлежит спору. Финикиане и кареагеняне известны были ужасными жертвоприношениями, которые они совершали своим Ваалам. Меса, царь моавитский, заклал своего старшего сына на городской стене, чтобы благодаря столь щедрому жертвоприношению получить победу (4 Цар. 3, 27). Израильтянам Бог строго запретил приносить человеческие жертвы Молоху (Левит. 18 21; 20, 2—5), но они не всегда соблюдали это запрещение и подражали в этом своим соседям (4 Цар. 16, 3; Пс. 501, 37 — 38; Иерем. 32, 35; Иезек. 23, 37). Чтобы доказать, что эти человеческие жертвоприношения не были среди еврейского народа лишь случайными и временными нарушениями божественного закона, а форменным богослужением, совершавшимся регулярно и находившим себе освящение в самом законе, рационалисты и ссылаются на рассказ о жертвоприношении Авраама, как он изложен в Быт. 22, 1—14. Но это повествование, рассматриваемое без всякой предзанятости, не представляет ни малейшего доказательства существования у евреев человеческих жертв в честь Иеговы. Бог, без сомнения, в силу Своего верховного права над жизнью и смертью, мог потребовать, чтобы Исаак был принесен Ему в жертву; но, по ясному выражению священного текста (Быт. 12,1), это было лишь для того, чтобы испытать Авраама, подвергнуть испытанию его послушание и его веру. Весь смысл повествования напротив показывает, что Бог именно не требовал в действительности жертвоприношения Исаака, потому что Сам же воспрепятствовал его совершению и удовлетворился доказательством безусловного послушания Авраама. Приношение Исаака, таким образом, отнюдь не было человеческим жертвоприношением, а только простым нравственным испытанием для Авраама, — уроком для него, что жизнь и смерть каждого человека во власти Божией. А что человеческие жертвоприношения были сами по себе неугодны Богу, это проявилось в формальном законе, которым впоследствии, безусловно, были запрещены евреям такие жертвоприношения (Втор. 11, 31). Но будучи испытанием веры Авраамовой, жертвоприношение Исаака имело и еще гораздо более высокое значение и смысл. Это был прообраз жертвоприношения Сына Божия. На это указывает ап. Павел, когда он говорит, что Авраам получил своего сына "в предзнаменование" (Евр. 12, 19). Из различных толкований этого места, наиболее соответствует мысли апостола то, по которому жертвоприношение Исаака было предъизображением жертвоприношения И. Христа Своим Отцом. В изречении ап. Павла, что Бог "не пощадил Сына Своего Единородного" (Рим. 8, 32), также заключается намек на слово ангела Аврааму (Быт. 12, 12). Отцы и учители церкви подробно развивали данное ап. Павлом указание. Первый из прообразов Христовых страданий, какой Тертуллиан (М. 2,628) открывает в ветхом завете, есть образ Исаака, ведомого своим отцом в качестве жертвы на заклание, и несущего дрова для своего жертвоприношения. Он прообразовал Христа, отданного Отцом Небесным в жертву искупления и самолично несшего Свой крест. По учению св. Иринея (М. 7, 986), Авраам, в силу своей веры самоотверженно порешивший принесть в жертву Богу своего единственного и возлюбленного сына, прообразовал совершенное Богом Отцом жертвоприношение Своего единородного возлюбленного Сына во искупление всего его потомства. Св. Мелитон сардийский (М. 5,1216) сравнивает Исаака и овна, которым он был заменен, с Иисусом Христом, принесенным Отцом Небесным, и закланным на кресте. Ориген, сближая изречение Ангела (Быт. 12, 12) и ап. Павла (Рим. 8, 32), показывает, как Бог соперничал в щедрости с Авраамом. Патриарх принес Богу своего смертного сына, который не должен был умереть, а Бог предал смерти за всех людей Своего Безсмертного Сына. Что же воздадим мы Господу за все то, что Он сделал для нас? Бог Отец не пощадил Своего Собственного Сына ради нас. Св. Амвросий во многих местах (М. 14,331) излагал прообразовательный характер жертвоприношения Авраама. Тоже самое видим в учении и других отцов и учителей церкви, как св. И. Златоуст (Бес .47 на кн. Бытия), Кирилл Александрийский, бл. Феодорит, Феофилакт, Ефрем Сирин и др. Те же самые мысли находили себе выражение и в древнем христианском искусстве. Так, изображения в катакомбах представляют это жертвоприношение как именно прообраз евхаристии. Такой характер носит изображение в катакомбах св. Каллиста, относящееся к концу II века. Авраам изображен в момент, когда он хочет заклать своего сына, Исаака. Отец и сын оба находятся в молитве, с воздетыми руками к небу, в положении молящихся. Даже овен поднимает свою голову, как бы для жертвоприношения. Около дерева находится связка дров, напоминающая исторические обстоятельства жертвоприношения и не позволяющая сомневаться в смысле всего изображения. На кладбище Генерозы заметны следы другого изображения того же жертвоприношения. На нем еще можно различать агнца и человека, одетого в тунику. Буквы А...НАМ прямо указывают на имя самой личности. На втором соборе никейском, состоявшемся в 787 г., в IV деянии приведено место из одной проповеди св. Григория Нисскаго, где святой епископ рассказывает, как часто он обращал свои взоры на изображение, которое заставляло его проливать слезы. На этом изображении был Исаак, коленопреклоненно стоящий на жертвеннике, со связанными назад руками. Авраам, стоя позади своего сына, положил свою левую руку на голову Исаака, и направил к жертве острие ножа, находящегося в правой руке. Эта цитата, приведенная в смысле указания на изображение страданий Иисуса Христа, служила к опровержению иконоборцев. Тот же самый предмет был изображен на нескольких древних мозаиках и на глиняных сосудах. Открытие этих памятников, таким образом, сохранило до нашего времени изъяснение таинственного значения жертвоприношения Авраама, которое представляло собою в одно и тоже время и кровавую жертву Иисуса Христа на кресте, и Его безкровное жертвоприношение в евхаристии.

* Александр Иванович Пономарев,

магистр богословия, профессор

Киевской духовной академии.

Источник текста: Православная богословская энциклопедия. Том 1, стр. 164. Издание Петроград. Приложение к духовному журналу "Странник" за 1900 г.